Не нужно бояться жиров: ученый из Казани развеял мифы о холестерине и питании

— Алексей Михайлович, здравствуйте. Вы вошли в список самых цитируемых ученых планеты. Что для вас значит это международное признание?

— Здравствуйте. Скорее всего, значит, что работаем не зря и что нас ценят. Ну и просто приятно. По большому счету это не является каким-то мотивом, поскольку мы стараемся работать в первую очередь для интереса, для развития науки, тихо и уютно. Вот такие вот метрики, конечно, радуют, но это не главное.

— Как себя чувствуют в нынешних реалиях в нашей стране ученые, которые любят просто тихо и уютно делать свое дело?

— Чувствуют себя очень тяжело порой, поскольку сейчас необходимо показывать, что твое исследование может что-то принести буквально завтра-послезавтра. Но в фундаментальной науке это сделать крайне тяжело, мы можем только нарисовать, что впоследствии будет полезно миру. Но если мы говорим, какой продукт мы можем дать сейчас, то порой не имеем хорошего ответа. В данном случае многие партнеры, крупные коммерческие фирмы в России, говорят, что без такого результата финансирования не будет. Единственная надежда на фонды, которые финансируют фундаментальные исследования. Мы стараемся делать качественную науку, несмотря на все вот эти тенденции.

— Алексей Михайлович, вы заведующий лабораторией липид-зависимой регуляции Института нейронаук Казанского государственного медицинского университета. Как вы решили всем этим заняться?

— Решение было спонтанным. Когда я еще защитил кандидатскую диссертацию, мне попалась статейка, где был бутерброд, и было написано, что холестерин – это очень вредно. В то время все его очень сильно ругали. Мне показалось, что как-то одну молекулу так сильно не любить неправильно. Тем более что это один из основных компонентов нашего мозга, наших мембран. У меня появилось желание узнать, зачем нужен холестерин для работы мозга.

— Мне недавно сказали, что у меня повышен холестерин. Это плохо или в ввиду его необходимости для мозга, переживать не стоит?

— Если у человека повышенный уровень холестерина, то это будет коррелировать с риском сердечно-сосудистых заболеваний. Поэтому до того, как наступят эти моменты, снижение уровня холестерина является терапией, которая действительно спасает жизни. Но многие препараты зачастую имеют побочные эффекты, которые тяжело контролировать, и вовремя сменить терапию. Стоит в какой-то момент спросить себя: эта холестерин-понижающая терапия работает правильно, безвредна ли она для нас, не стоит ли обновить протокол лечения, не стоит ли сменить препарат, дозу его уменьшить или увеличить? Все эти вопросы рождаются в ходе этой терапии, поэтому требуется пристальное внимание.

— Вы как раз исследуете липиды? Липиды – это ведь жир, а жир – это холестерин. Насколько это необходимо нашему организму? Потому что сейчас все озабочены здоровым питанием и масштабно отказываются от жиров. Стоит ли идти на поводу у модных диет?

— Мозг сам холестерин синтезирует для себя. Около 20–30% всего холестерина нашего тела находится в мозге. То есть это, условно говоря, самая жирная часть нашего тела. А если по тем или иным причинам синтез холестерина в мозге станет сниженным, то это ведет к тому, что мы начнем хуже думать, страдать многими заболеваниями, связанными с нарушениями высших функций. Поэтому баланс холестерина — один из ключевых элементов поддержания мозга в здоровом состоянии.

— Если я не буду есть жиры, значит ли это, что мой мозг будет работать хуже или нет?

— Ваш мозг синтезирует холестерин и обеспечивает им себя абсолютно сам. А вот периферические органы рассчитывают и на пищевой холестерин. При этом важен не только сам холестерин, но и то, чтобы клетки его сами постоянно синтезировали. Если вы, допустим, постоянно перегружаете свое тело, поглощая очень богатую холестерином пищу, то клетки могут сами синтезировать холестерин в меньшей степени. И тогда им будет не хватать тех важных продуктов, которые образуются в процессе биосинтеза холестерина. Но здесь холестерин в крови тоже винить нельзя, поскольку тот холестерин, который мы с вами измеряем в плазме крови натощак, – это не пищевой холестерин. Это тот холестерин, который образует печень. А печень его образует главным образом из углеводов. И если человек употребляет очень много углеводов, особенно сладкой газировки, то уровень холестерина может сильно расти.

— В ваших исследованиях вы ищете способы помочь нашему мозгу не стареть?

— Частично, у нас был такой проект. Сейчас он находится на небольшой паузе. Мы пытались улучшить состояние модельных животных, у которых была болезнь Альцгеймера, раскрутив (ускорив) обмен холестерина. То есть делали так, что у этих животных усиливался как синтез холестерина, так и его выброс в виде окисленной формы из мозга. Если мы постараемся хотя бы на уровне метаболизма холестерина чуть-чуть поддерживать метаболическую активность мозга, то, возможно, это снизит распространение заболеваний, связанных с пожилым возрастом. У наших экземпляров наблюдалось улучшение в тестах на память и ориентацию в пространстве. Кроме того, у них было снижено так называемое нейровоспаление в мозге.

— А когда появится такое лекарство, такая таблетка, которую можно будет принять и действительно отодвинуть процессы старения и деменции как можно дальше?

— Пока спрогнозировать крайне тяжело. На данный момент препаратов для снижения проявлений болезни Альцгеймера на рынке очень немного. Либо они симптоматически действуют только на самом раннем сроке, либо обладают крайне низкой эффективностью и крайне выраженными побочными эффектами.

— Сегодня есть очень много препаратов, которые продаются и в аптеках, и в виде различных БАДов. А какова их реальная помощь мозгу, или же это больше такой рекламный пиаровский трюк?

— Здесь сказать тяжело. Во-первых, больших клинических исследований, которые бы говорили о том, что употребление отдельно этих добавок в пищу улучшает состояние мозга на длительный срок и снижает риск заболевания, нет. Есть отдельные исследования в малых когортах. Они говорят, что, возможно, это может быть полезно на короткий срок. Хотя есть понимание того, что средиземноморская диета действительно улучшает качество жизни и продлевает ее. Важно, чтобы питание было разнообразным. Еще важный момент – как мы готовим пищу. Если вы, допустим, возьмете жирную рыбу и положите ее на сковородку, а затем поставите ее на огонь, то получите окисленные липиды, которые крайне вредны. Тут лучше приготовить без доступа кислорода. Если нужна температура, то она не должна быть экстремальной.

— Насколько генетика играет значимую роль в этом липидно-жировом обмене, балансе, регуляции в организме?

— В генетике многое 50 на 50, но помимо генетики я бы еще подчеркнул эпигенетику. Ребенок все-таки программируется от своих родителей без всяких указаний, просто смотря на их образ жизни, это тоже влияет на уровень его метаболизма. Сейчас мы глобально зачастую переедаем, и зачастую это корень многих патологий. Очень важно есть в меру, желательно правильно приготовленные продукты. Продукты, сорванные с грядки, содержат максимально неокисленные липиды. Это максимально здоровая пища. Чем дольше она хранится, тем больше там нарушаются пищевые компоненты.

— Какую бы одну привычку, связанную с липидами, вы бы посоветовали нашим зрителям внедрить с завтрашнего дня?

— Я бы сказал так: не нужно бояться липидов. Если видите перед собой ложку сахара и кусочек сала, то намного приятнее и лучше для вашего организма съесть кусочек сала.

— Спасибо большое.

— Спасибо вам.